13.05.2016

Русофобия - болезнь или оружие Запада?

Теги

Одним из опорных пунктов русофобии является идея о том, будто Россия и русские являются прирожденными агрессорами по отношению к своим соседям. В поддержку этой точки зрения обычно приводят утверждения, очевидность которых кажется неоспоримой. Например, каким образом Россия стала обширнейшим государством в мире? Значит, она взяла чужие земли силой. На самом деле это «доказательство» является ложным. На протяжении столетий было принято верить, будто Земля является центром Вселенной и что Солнце вместе с Луной вращаются вокруг Земли. 


Нередко освобождение от мифов и фобий происходит, по выражению Галилео Галилея, благодаря способности противостоять «здравому смыслу». На самом деле обширность России, ее географические очертания сложились благодаря принятию в себя географической пустоты, которая возникла на восточных рубежах нового Российского государства в течение столетий после отступления татарских кочевников. Это результат, так сказать, естественного переселения народов. Перед нами масштабные события, вызванные движением кочевников, а не человеческой или этнической воли, характером народа или даже его ДНК.

Есть народы, которые стали великими под воздействием природных обстоятельств, географии или климатических изменений. Иногда они очень велики для соседей. Но бывают и такие народы, которые в силу различных причин попали в глухие закоулки, остались малыми и вынуждены подчиняться своим могущественным соседям. Не думаю, что к этим трансформациям можно применять категории морали. История народов далека от логики и принципов гуманизма. В любом случае, нет никаких причин для воспевания заслуг или вынесения порицаний: так распорядилась история.

Сегодня стоит лишь изучать, что произошло и по какой причине. Благодаря такому исследованию можно обнаружить немало интересного и важного, даже для нашего времени. Но Запад по-прежнему навешивает ярлыки на народы и применяет в отношении прошлого этические критерии сегодняшнего дня. Используя раз и навсегда одни и те же ярлыки, детям вменяют грехи их отцов. За мнимые грехи принято обвинять и народы, которые не нравятся Западу. Так выглядит одна из форм посмертного мщения. При ближайшем рассмотрении налицо весьма примитивная модель поведения. Думаю, что нагромождение невежества и безалаберности, смешанное с западным завоевательным инстинктом, является основной причиной, отчего «естественные» версии практически никогда не учитываются большинством западных ученых.

Мало кто, даже в России, сумел разрешить эту проблему, вступив на правильный путь. Это объясняется культурной гегемонией Запада, который (и это демонстрирует русская история начиная с Петра Великого) не был в состоянии идентифицировать себя в пространстве остального мира. На протяжении последних трех столетий Запад так и не сумел выработать для себя модель поведения. Для того чтобы осознать этот недостаток, потребовалось немало времени. Александр Зиновьев в свое время писал о том, что Запад – это вполне конкретное социобиологическое формирование: «Когда народы стран Восточной Европы и Советского Союза вознамерились уподобиться Западу, они полностью игнорировали то обстоятельство, что это уподобление не может стать превращением их в часть Запада или в западные страны по двум основным причинам. 

Первая причина – навязывание этим народам и странам отдельных свойств Запада (демократия, рынок, приватизация и т. п.) не есть превращение их в части Запада, ибо Запад вообще не сводится к этим свойствам. Запад есть огромный и многосторонний социальный феномен, сложившийся по бесчисленным каналам в течение многих столетий. Во всяком случае, у России не больше шансов стать Западом, чем у мухи стать слоном на том основании, что и у нее есть хобот. Вторая причина – место и роль Запада уже заняты, и самое большее, на что уподобляющиеся Западу народы могут рассчитывать, это оказаться в сфере власти, влияния и колонизации Запада, причем на тех ролях, какие им позволит сам единственный и неповторимый Запад».

Эти мысли Александра Зиновьева действительно чрезвычайно проницательны и практически идеально совпадают с выводами Арнольда Тойнби, который анализирует причины провала реформаторов Османской империи, предлагая формулировку «или слишком мало, или слишком поздно». Турецкие реформаторы приговорили «больного человека Европы» к поражению от Запада. У них существовала иллюзия внедрять западную модернизацию в минимальных дозах. Они полагали, что достаточно лишь переодеть турецких солдат, обучить их на западный манер, вооружить западным оружием, но при этом сохраняя «все прочее в жизни на турецкой традиционной исламской основе».

Тойнби признал, что Петр Великий разгадал истину, которая не пришла в голову султану Абдул Хамиду и его предшественнику Селиму III. Каждая цивилизация, каждый образ жизни являются неделимым целым, где все части сосуществуют во взаимозависимости, и необходимо понимать, что западное военное искусство является обликом западного образа жизни. Эта важная и во многом решающая догадка, которая, однако, сама по себе не отражает всю душу и весь интеллект западного общества. Петр проигнорировал ее, хотя интуитивно и понимал.
Что касается так называемой «исторической российской агрессии» вовне, то достаточно просто перечислить количество вторжений западных сухопутных армий, какие испытала Россия и от которых она была вынуждена отбиваться: 1610 год – польская интервенция, 1709 год – шведская, 1812 год – французская, 1915 и 1941 годы – немецкая. Раз в столетие, а в XX веке – дважды. 

Следует признать, все эти войны оставили в памяти русского народа свой неизгладимый след. Раны до сих пор не зарубцевались, несмотря на течение времени. Европа не желает понимать, отчего русские раны вечны. По мнению европейцев, русские должны пройти «ускоренный курс выздоровления». Конечно, исход Второй мировой войны позволил России занять всю Восточную Европу. Русское господство продолжалось в годы «холодной войны» и закончилось тотальным поражением, положив конец «коммунистическому» блоку и самому советскому государству.

В качестве предвестника этого поражения в истории имеется только одно военное вмешательство России – в Афганистане. Однако после отступления через Амударью в 1989 году и последующего коллапса социализма двумя годами позже Россия никогда не позволяла себе внешних вторжений. Она оставалась взаперти у себя дома и зализывала раны, безвольно наблюдая за уничтожением братской Югославии, за систематическим продвижением НАТО, за беззастенчивым превентивным окружением. Со стороны России слышался лишь робкий вздох сожаления. Горбачев инициировал распад Варшавского договора, но при этом забыл попросить Гельмута Коля зафиксировать в письменном виде, что и Запад параллельно распустит НАТО. Ясно, что друг Гельмут не подписал бы документа о роспуске Североатлантического альянса. Уже никто не был в состоянии остановить ход событий. Так что Горбачев, не получив взамен ничего, вывел советские войска из Восточной Европы.

Запад всеми когтями вцепился в НАТО. Сегодня Альянс прибрал к рукам всю Центральную и Восточную Европу, перейдя границы бывшего СССР, то есть поглотив три прибалтийские республики. И этого ему мало: НАТО уже включает в себя Словению, Чехию, Словакию, Венгрию, Румынию, Болгарию, Хорватию и Албанию, контролирует Черногорию (очередной кандидат в члены НАТО). Практически НАТО уже стоит одной ногой в Молдавии, Грузии и на Украине, давит на Македонию и Сербию.

Итак, высказывания об «агрессии» России ввиду этого вопиющего стремления Запада установить свое господство вызывают недоумение. Но отчего же европейское общественное мнение (и руководство) по-прежнему обвиняют ягненка, пьющего ниже по течению реки, в том, что он мутит воду волку, лакающему выше по течению? Конечно, сегодняшняя Россия ничуть не напоминает ягненка (и слава богу!), однако в подобной ситуации волк вверх по течению реки – это все мы, люди Запада. По крайней мере в мире, который не перевернут с ног на голову, все достаточно понятно.

Тем не менее в 99,99 % газетных статей и телевизионных передач западного мейнстрима употребляются слова «агрессор» и «агрессия» всякий раз при любом упоминании России и ее политики. Эти выражения превратились в мантру, в набор постоянных эпитетов. Так, Россия якобы «атаковала» Грузию в 2008 году. И это несмотря на то, что комиссия, учрежденная Советом Европы, после десяти месяцев расследования пришла к выводу, что тогдашний президент Грузии Саакашвили развязал агрессию в Цхинвале и Южной Осетии. Москва вступила в бой только на третий день войны и лишь после того, как тысячи людей в Южной Осетии уже были уничтожены, а Россия потеряла сорок своих солдат и офицеров, размещенных в полном соответствии с международным правом для выполнения миссии по разъединению противоборствующих сторон в Южной Осетии. Россия покинула территорию Грузии, нанеся поражение агрессору.

Сегодня звучит та же песня: Россия-де «атаковала» Украину и «вторглась» в ее пределы, а также насильно «аннексировала» Крым. Оставлю в стороне бесконечный ряд западных фальсификаций насчет референдума, в ходе которого подавляющее большинство крымчан проголосовало за «возвращение домой в Россию» (здесь я использую слова, которые чаще всего слышал во время своего пребывания в Крыму).

Оставлю в стороне и западную политику, действующую по принципу «два веса и две меры». При помощи этой увертки большая часть Запада признала независимость Косово, обосновав свое решение правом народов на самоопределение. Однако сейчас тот же Запад не признает точно такого же права за населением Крыма. Главное в другом. Все западные описания украинского кризиса «закрывают глаза» на тот факт, что референдум в Крыму прошел после переворота в Киеве, когда легитимного президента Украины Виктора Януковича низвергли агрессивные силы. Во главе переворота стояли участники нацистских и ультранационалистических формирований – «Свободы» и «Правого сектора». 

Они были заблаговременно сформированы и организованы на деньги Запада. На это скинулись американцы, канадцы и поляки. Боевиков открыто поощряли США и большинство стран Европейского союза, а также институты самого ЕС. Запад оказывал грубое вмешательство как извне, так и при помощи подрывной деятельности. Сыграли свою роль также обещания насчет скорейшей интеграции Украины в Европу, о неосуществимости и беспредметности которых прекрасно знали в Брюсселе.

Западная хроника событий на Украине выстраивается путем устранения и замалчивания основных событий. Западная версия была и остается нитью Ариадны для всех позднейших фальсификаций. В соответствии с этой фальшивкой Россия, дескать, заранее спланировала «аннексию» Крыма. Доказательства такой позиции я вижу и в момент написания этой книги. Давно пришло время понять, что Россия блистает полным отсутствием в событиях, приведших к «евромайдану».

Россия вела себя «рассеянно» в течение 24 лет «независимости» Украины. «Рассеянность» России не была случайной. Российские олигархи вообразили себя частью «Империи добра». Для них русские национальные интересы не имели ровным счетом никакого значения. Они были убеждены в том, будто отныне они уравнены в правах с крупнейшими мировыми спекулянтами. Русские, оставшиеся в бывших республиках СССР, нарвались на месть бывших соотечественников и не вызывали никакого сочувствия у правящего класса новой России. Их оставили на произвол судьбы. Так было и на Украине, и в прибалтийских республиках, а также в бывшей советской Средней Азии. Это объясняет, почему Россия «рассеянно» наблюдала за событиями в Киеве, тогда как Вашингтон и Варшава мобилизовали нацистов.

На Украине за двадцать четыре года сменились четыре президента. Все они или проявляли нескрываемую враждебность по отношению к России (Кравчук, Кучма, Ющенко), или были заинтересованы в России (Янукович), считая свою страну «поляной» для олигархов и «братанов». Достаточно вспомнить, что российское посольство в Киеве в те годы было превращено в предпенсионную кормушку для списанной номенклатуры, в том числе для бывшего премьер-министра Виктора Черномырдина. Тем временем внимание Вашингтона и Варшавы к Украине приобрело систематический характер и постепенно привело к реальной колонизации Киева.

Запад широко инвестировал в местные СМИ и подчинял себе все наиболее важные культурные учреждения страны. Можно смело утверждать, что Москва Украину пустила на самотек, пытаясь удержать под контролем только газовые потоки, необходимые для поддержания высоких доходов от экспорта. Конечно же, в России зрело понимание, что Украина превращается в угрозу. Украина была готова применить против России и против Европы политику шантажа, но Россия продолжала делать вид (на одну половину это был самообман, на другую – просто обман), будто все еще имеет дело с «братской» страной. На самом деле Украина давно стала враждебным государством.

Войну на Украине по праву можно сравнить с «новым Перл-Харбором», третьей попыткой мобилизовать Запад против России. Украину, наконец, завоевали силами нацистских бригад. Теперь Украина используется как дубина против России[50]. Украину подсунули европейскому кролику как отравленный корм. В свою очередь, Европу в виде отравленной морковки предложили на корм украинцам, жертвенным агнцам на геополитическом алтаре. Цель была поставлена двоякая: во-первых, построить новый железный занавес для отделения России от Европы, а затем отдать Европу в полное подчинение США; во-вторых, ликвидировать Россию как суверенное государство. Одна и та же попытка уже во второй раз за последнюю четверть века.

Парадокс заключается в том, что говорить об этих планах и об этих стратегиях Запада считается политически некорректным. Об этом не принято говорить не только в дипломатических кругах, но даже в средствах массовой информации. Нельзя сказать, что это запрещено, но можно проверить, как в реальности обстоят дела. Достаточно заговорить на эту тему. Журналист или исследователь, обладающий критическим и независимым взглядом, тотчас же будет лишен работы и возможности публиковаться. Украина всегда была полезным объектом для всех, кто усматривал в России препятствие для экспансионистских амбиций Запада. Украина – идеальная цель, потому что она всегда была на линии разлома между западной и православной цивилизацией. Разлом проходит по «сердцу России».

В подходящий момент в этот разлом был вбит мощный клин. И по данной теме уже высказался Збигнев Бжезинский: «…Более важное значение имеет Украина. В связи с расширением ЕС и НАТО Украина сможет, в конечном итоге, решить, желает ли она стать частью той или другой организации. Вероятно, для усиления своего особого статуса Украина захочет вступить в обе организации, поскольку они граничат с Украиной и поскольку вследствие происходящих на Украине внутренних перемен она получает право на членство в этих организациях. Хотя для этого потребуется определенное время. Западу не слишком рано, занимаясь дальнейшим укреплением связей в области экономики и безопасности с Киевом, приступить к указанию на десятилетний период 2005–2015 годов как на приемлемый срок инициации постепенного включения Украины, вследствие чего уменьшится риск возможного возникновения у украинцев опасений относительно того, что расширение Европы остановится на польско-украинской границе».

Внимательно читая эти строки, вы увидите, с какой удивительной точностью, в том числе и с календарной точки зрения, этот план был выполнен. Единственное расхождение между планами и реальностью зависит от темпов развития процесса, которым можно руководить вручную в соответствии с оперативным графиком. Теперь, в 2015 году, мы знаем, что на Украине случилось внезапное ускорение процесса, который не обошелся без кровопролития. Но мы также знаем, что многое еще может произойти. К настоящему времени Украина потеряла несколько своих частей. И никто не гарантирует, что она сохранится как целостное государство. И вовсе не очевидно, что она войдет в Европу после того, как была разделена в результате трагедии. Правда, остаток Украины может войти в НАТО. И возможно, что Украина станет местом «горячего» конфликта намного обширнее нынешнего. Одно можно сказать наверняка: то, что мы видели в период осени 2013 – лета 2015 года, не было случайностью. И эту взрывоопасную ситуацию создала вовсе не Россия.

Помню, однажды я был приглашен для участия в ток-шоу крупного российского телеканала сразу после событий февраля 2014 на «евромайдане». Ведущий попросил меня указать на «ошибки», совершенные путчистами, которые только что захватили власть в Киеве. Этот опрос показался мне излишне наивным, но оказалось, что это было не так. В ходе передачи я обнаружил, что в Москве находится немало людей, готовых возложить вину на Россию. Конечно, это доказывает, насколько процессы коллективной деградации общества и впадения его в инфантилизм проходят поверх границы Запад – Восток, распространяясь при этом с огромной скоростью. Я ответил, что не вижу никаких «ошибок». Объяснил, что переворот в Киеве является проектом, подготовленным заранее в Вашингтоне. Планы были реализованы в тот момент, когда составители его увидели, что пора выступать против России. Правда, я объяснил также, что вооруженный путч был проведен в большой спешке.

Накануне переворота было очевидно, что Януковича можно отстранить от власти путем нормальных выборов, которые должны были состояться чуть более чем через год. У Вашингтона уже были на руках все необходимые козыри, чтобы не допустить избрания Януковича. Однако и в Вашингтоне, и в Брюсселе было принято решение ускорить ход событий, потому что кризис на самом Западе вступил в очень острую фазу. Поэтому и понадобился резкий переход – кровь, огонь, трагедия. Только так можно было громко объявить о наличии Врага. На эту роль давно была назначена Россия. Полем битвы стала территория, прилегающая к российским границам. Войну развязали на пороге России.

Аудитория поняла мою аргументацию. Ведущий, насколько я помню, ничего не понял (или сделал вид, что не понял). Мне пришлось напомнить, что первый указ нацистского переворота в Киеве от 22 февраля 2014 года ввел запрет русского языка. И это в стране, которая практически вся говорит по-русски! В стране, где проживает русская диаспора численностью около одной трети от сорокадвухмиллионного населения. В стране, производственная структура которой в значительной степени сконцентрирована в основном в русских регионах. 

В стране, где сотни тысяч людей, сотни компаний работают на российских работодателей и на российских предприятиях. В стране, через которую пролегают наиболее важные трубопроводы, поставляющие энергоресурсы в Европу и на саму Украину. Разумеется, оставив без внимания все эти данные и требования крымской автономии, Украина заявила о себе как о наиболее удобной площадке для развертывания антирусской кампании.

Но факт остается фактом – крымский референдум состоялся после переворота в Киеве. Таков был прямой результат операции, проведенной Соединенными Штатами совместно с Брюсселем, которому была отведена роль ловить падающие шары у бильярдного стола. Затем вспыхнуло восстание в Донбассе как следствие переворота 22 февраля. Киевские путчисты в нарушение украинских законов, запрещающих использование армии для поддержания общественного порядка, отправили в бой вооруженные силы, чтобы развернуть русскую резню и пресечь требования автономии от путчистского «революционного правительства». Киев объявил со всей однозначностью, что проведет расправу над русскими до конца. Наиболее впечатляет то, что так называемая антитеррористическая операция (АТО), противозаконная и кровопролитная и в конечном итоге обреченная на провал, проводилась в течение года и продолжается до сих пор, когда я пишу эти строки, по разным источникам, в том числе западным, в общей сложности унесла жизни 50 000 человек.

Все это беззаконие разворачивалось на глазах и с согласия Европы, при нескрываемой и горячей поддержке Соединенных Штатов и по меньшей мере четырех стран ЕС (Польши, Эстонии, Латвии и Литвы). Западный мейнстрим представлял эту операцию «законной» и даже похвальной, как попытку отбиться от «русской агрессии» на Украине. Факт агрессии никогда не был ни доказан, ни продемонстрирован, хотя при современных технологиях наблюдения, если бы нападение действительно имело место, очень легко было бы показать агрессора всему миру.

Здесь невозможно перечислить все бесконечные и повторяющиеся обвинения в адрес России. Быть может, ограничимся только экстремальными случаями. Например, некто Лилия Шевцова, платный советолог, в интервью «Голосу Америки» на русском языке с энтузиазмом пропела дифирамбы «украинскому сопротивлению и упорству в отстаивании западного выбора». Ничтоже сумняшеся она «доказала» намерение России вернуться к традициям самодержавия, которые не могут обойтись без Украины. Что касается «сопротивления и упорства» Украины, сделавшей «европейский выбор», то советолог Шевцова не испытывает никаких сомнений. Налицо все та же удобная мантра – существование «украинского народа», в лоне которого все как один исповедуют антирусские настроения.

В этот мифический «украинский народ» входит так называемая «интеллигенция», купленная по балансовой стоимости на ярмарке в украинских университетах. Ее приглашают в телевизионные студии за деньги олигархов и Запада. В тот же «украинский народ» записали и старшеклассников и студентов из нацистских банд, сформированных при помощи тех же телевизионных каналов, которыми обрабатывали молодежь на протяжении 24 лет «незалежности». Ядохимикаты русофобии превратили молодое поколение в законченных русофобов. В тот же «украинский народ» западный мейнстрим причислил и украинские СМИ – «миролюбивые, но возмущенные» коррупцией во власти, вызывающей единогласное осуждение.

Что касается миролюбия, то этот тезис более чем сомнительный. Достаточно просмотреть видеоматериалы, запечатлевшие вооруженных до зубов «демонстрантов» и кадры организованного насилия. Так называемый всенародный консенсус в лучшем случае останавливался на рубежах Киевской области. Напомню, что более трети населения Украины – это этнические русские и носители русской культуры. Необходимо также напомнить, что тот же «украинский народ» избрал своим президентом Виктора Януковича, точно такого же олигарха, что и путчист Петр Порошенко.

Кстати, западное телевидение тотчас же оборвало трансляции с «евромайдана», как только на киевскую площадь вышли неонацистские группы «Правого сектора» и ультранационалисты и бандеровцы из «Свободы», вооруженные огнеметами, автоматами и пистолетами. Западные СМИ не только не увидели русских погромов в Одессе, но они предали забвению эти факты, растиражировав нацистскую версию резни русских, учиненную нацистами на Куликовом поле. Патентованный советолог Шевцова, по существу, изложила пронацистскую западную версию событий на «евромайдане». Ее заслуга лишь в том, что она сфальсифицировала историю и пустила в ход принятый в академической среде наукообразный язык. Откуда у нее сведения о «намерениях» русских, она промолчала. Что можно было понять из ее псевдонаучного доклада, так это неуклюжую попытку отвлечь внимание от реальных событий и подменить реальность давно прокисшими мифами.

Ключевое слово каждого русофобского высказывания – самодержавие. Оно используется как указание на отсталость России. Россия – чумазая и необразованная. Еще менее просвещенная, чем Украина. Разве вы не знаете, что «украинцы издревле жили по магдебургскому праву, а первый словарь русского был составлен украинцем в Киеве»? Советологу Шевцовой не приходит на ум, что этот «украинец» на самом деле был русским человеком, ощущавшим себя русским до мозга костей. Всю свою жизнь он жил в России и посвятил свою жизнь изучению родного языка.

Беспросветный расизм Шевцовой воспроизводит, по сути дела, высказанные в начале «холодной войны» мысли Джорджа Кеннана, одного из самых железобетонных пропагандистов западной точки зрения на Россию. Он был одним их тех, кто в ХХ веке внес наибольший вклад в такое представление о такой России, какое больше всего устраивает Запад. Кеннан сформировал образ России на потребу Западу. Причем неважно, царской или большевистской России – ее народ варварский и отсталый во все времена. В России всегда правят люди замшелых традиционных взглядов с характерным для русских чувством неуверенности. Русские неизменно готовы изолировать себя от внешнего мира, неизменно подчиняются воле Самодержца, пребывают в поисках «безопасности», постоянно и упорно прибегают к методам борьбы на грани смертельного риска во имя полного уничтожения конкурирующих держав. Русские никогда не смирятся с соперником, никогда не пойдут с ним ни на какие компромиссы. Следовательно, их государство можно подчинить только «логикой силы».

Согласно Кеннану, коммунизм только укрепил самую изуверскую из великих держав, подчинив ее самой безжалостной утопической идеологии. Именно на этой питательной почве концептуально произрастает идея поляка Бжезинского. Проблема Америки и Запада в целом – не в том, чтобы уничтожить коммунизм. Главное для них – стереть с карты мира Россию, подчинив ее Западу. При этом Гитлер был только чуть-чуть радикальнее. Он призывал избавиться от России путем захвата ее территории и уничтожения русских. 

Обратите внимание, что в своем описании России Кеннан подчеркивает роль «русских инстинктов» – варварства и врожденного насилия. Россия, заявлял он, всегда была и навсегда останется такой. Речь идет не о политике или видоизменившихся обстоятельствах. Это якобы глубинная особенность русской души, каковы бы ни были ее современные правители. Новейшая версия русофобии, которая утвердилась сегодня на Западе, базируется на том же принципе – на вечном проклятии русских без права на обжалование. Перед нами расизм в чистом виде. Он на устах и в умах тех, кто считают себя наследниками Просвещения. Малая толика «историзма» в духе Вико или Грамши способна разрушить подобные представления о России. Но требовать исторического подхода к проблеме – значит требовать слишком многого от тупого англосаксонского прагматизма.

На Западе применяются свои весы и две меры, одна из которых предназначена для Востока, а другая – для Запада. Великие западные державы всегда правы, восточные – всегда на стороне сил Зла. В силу своей природы, а не по положению на карте мира. Никому на Западе не приходит на ум, что постоянное историческое давление Запада на Россию предопределило отчуждение России от Запада. На этот факт обратил внимание проницательный британский историк Арнольд Тойнби. Он заметил, что русская политическая традиция вызывает такое же раздражение у самих россиян, как и у соседей, которые по отношению к России испытывают чувство неприязни и опасения. Правда, считает историк, русские научились делать хорошую мину при плохой игре, возможно по привычке, но отчасти и потому, что считают свою позицию наименьшим злом ввиду враждебной альтернативы – подчиниться завоевательной агрессии соседей.

Не случайно сегодня снова вытащена на свет пресловутая «длинная телеграмма» Джорджа Кеннана (февраль 1946 года). Она была положена в основу «холодной войны» и практически сформировала ее концепцию. Неоконы эксгумировали ее с явным намерением продолжить забытый в 1989 году текст. Их цель – объяснить западным лидерам необходимость крепить обороноспособность, потому что «перед ними лидер и система, которые ненавидят и боятся их. Необходимо сдерживать Россию до тех пор, пока не появится возможность уничтожить ее».

Итак, сдерживать Россию, чтобы затем уничтожить ее. Автор этого требования, возродивший из пепла Джорджа Кеннана, – некто Гольдфарб, директор Лондонского фонда имени Литвиненко при соучастии Ирины Павловой (кстати, оба закоренелые русофобы). Они пытаются восстановить основания, благодаря которым Запад одержал победу в русофобской войне ХХ века. Бедняжка Франклин Делано Рузвельт, считает Гольдфарб, уступил России всю Восточную Европу целиком, исходя из предположения, будто Сталин ничего, кроме безопасности, не желал для своей страны, и что советский вождь непременно начнет работать во имя добра, демократии и мира.

Кеннан, конечно, так не думал. Наоборот, согласно его представлениям, Кремль во все времена был одержим «невротической идеей», возросшей на традиционном и инстинктивном отсутствии уверенности в себе и на страхе перед более компетентным, сильным и лучше организованным западным обществом. Кеннан восхищался генетическим превосходством Запада. Он высмеивал наивность Рузвельта и предупреждал: будьте бдительны, российские лидеры всегда считали, что их власть не устоит перед политической системой западных стран.

Политика «сдерживания» России, которую предложил Кеннан, целиком и полностью превратилась в стратегию Запада на период «холодной войны». Гольдфарб тщится ухватиться за мысль Кеннана. Сегодня, провозглашает Гольдфарб, у нас есть прямые доказательства. Налицо Путин, и он является наилучшим доказательством. Русская власть, в принципе, по самой своей природе не способна ни на какое сближение со Свободным миром. Она воспринимает его как угрозу своему существованию – именно потому, что перед ней Свободный мир. Поэтому было серьезной ошибкой последних пятнадцати лет тешить себя иллюзиями, будто Путина можно интегрировать в новую мировую систему, сформировавшуюся по итогам «холодной войны».

Русофобское направление было принято на вооружение американским руководством. Вашингтон обладает реальной властью и планирует каждый свой следующий шаг, начиная с того, кто будет президентом или женщиной-президентом, который займет президентский пост после неуверенного в себе, а теперь и откровенно бесполезного Обамы. Русофобия 2.0 является функциональным проектом с целью разрушить Россию. Не просто сегодняшнюю Россию, но Россию вообще, «по своей природе» чуждую и враждебную Западу. 

Дело не в том, что Запад не понимает, что любой российский лидер в такой ситуации «не имеет выбора». Он должен или защищать интересы России, или погибнуть. Следовательно, вопрос только в том, какими средствами он будет выполнять свой долг. Тем не менее сомнительно, чтобы Запад в настоящей критической ситуации был в состоянии провести кампанию не только против России, но и против всего остального мира.

Для того чтобы помочь Западу уяснить кое-что в окружающем мире (в настоящее время это срочно необходимо), надо растолковать ему, что такое Восток. Ведь именно на Восток переместился реальный центр тяжести мира. Запад же, судя по всему, не в состоянии ни понять, ни принять радикальные изменения, которые уже начались вопреки его упрямому сопротивлению. Первый урок понимания Востока касается России, ибо Россия, к счастью для нее и для нас, в значительной мере является Востоком.

Наряду с Фернаном Броделем и его концепцией «глубинных течений» в истории небесполезно предложить Вашингтону ознакомиться с трудами Карла Виттфогеля. Особенно важно ознакомиться с теми выводами, где он подводит итог социальному и политическому опыту больших масс, где власть простирается в масштабах континента, и, следовательно, несравнима с опытом граждан европейских муниципалитетов. Быть может, Запад, сделав некоторое усилие, смог бы понять (как об этом не устает твердить американец Джаред Даймонд), что ни в одной цивилизации не существует «врожденных» грехов и что все принадлежит истории. К истории неприменимы категории морали.

Налицо разрушение элементарной мудрости, гибнущей под натиском невежественного, насильственного, технологического и жестокого материализма. Мания величия порождает бесчеловечную власть денег, жертвой которых пал Запад.
Джульетто Кьеза


EmoticonEmoticon